Skip to main content

Денис Солопов: из Лукьяновского СИЗО в третью безопасную страну.

Одна из стран Европы предоставила статус беженца Денису Солопову - художнику, антифашисту и социальному активисту из России. 13 июля Денис был освобождён из Лукьяновского СИЗО и сегодня, 28 июля, был переселен в третью безопасную страну. Последние пару недель Денис провёл в Киеве, ожидая оформления всех необходимых документов, и наслаждаясь своими первыми свободными днями и вечерами. В один из таких вечеров Денис поделился с нами (частью команды сайта 161.org.ua) своими мыслями о пребывании в СИЗО, знакомстве с бывшим и.о. министра обороны Иващенко, размышлениями о свободе. В заключении Денис Солопов провёл почти 5 месяцев. За это время он дважды сильно болел, побывал в изоляторе, научился играть в шахматы. Встретив его сейчас, не скажешь, что он ещё недавно находился в стенах следственного изолятора. Денис выглядит бодрым, уже немного загорел и как обычно шутит.

- Что было первым, что ты сделал, как только тебя выпустили из СИЗО?

Когда вышел на улицу, щурился от солнечного света. Переступив порог СИЗО долго просто стоял и смотрел на деревья, листья, развивающиеся на ветру (на Дегтярёвской, там где трамвайные пути, вдоль дороги растут тополя).

По закону, выпуская из тюрьмы, освобождённому должны дать минимальную суму денег на проезд. А мне не дали денег, ещё и не разрешили позвонить. Я шутил, говорил ментам, что они толкают меня на преступление.

Всё выглядело, как подстава. Думал, вот меня выпустят, а под входом будут ждать московские мусора. Говорил, что не выйду, пока мне не дадут позвонить. Но меня уже пинками стали выгонять. Сказали, можешь ничего не подписывать, но давай проваливай уже отсюда.

В итоге, я передвигался по городу со справкой об освобождении. Она даёт право на проезд во всех видах муниципального транспорта на 3 дня с момента освобождения. Забавная была ситуация, когда мне пришлось ехать в метро. Я подошёл к работнице метрополитена и сказал, что меня только освободили из СИЗО. Она внимательно изучила документ и так по-учительски пальцем погрозила: “Смотри аккуратней там!”. А в автобусе, я не дожидаясь пока подойдёт кондуктор, “на опережение” говорю ей шёпотом о справке. А она на весь автобус как заорёт: “Справка об освобождении?! Да она же для того, чтобы получить паспорт, а не бесплатно на автобусе кататься!” Всю оставшуюся дорогу люди взглядом пилили. Я ещё заметил, что я сильно тогда выделялся, бледный весь, аж зелёный был, с синяками под глазами. А все вокруг загоревшие.

- У тебя такой вид был, как будто ты или из тюрьмы или из армии вернулся. Даже выражение лица было странное. Сейчас и не скажешь.

Ну да, я ещё в камере подкачался. Там всё к полу прикручено. Я пытался хоть какую-то скамейку отрвать, не получилось. Но у меня своя система упражнений была. Занимался регулярно, по несколько раз в день. И, вообще, следил за собой.

- Об это позже. Лучше расскажи о своих первых впечатлениях от пребывания в СИЗО.

Когда человек попадает в СИЗО (речь идёт не только о моем деле), он проходит некие обязательные процедуры обыска. У него изымают запрещенные предметы: телефон, например. Могут ещё вырвать из обуви супинаторы. В зависимости от настроения.

Потом ведут в камеру, где человек находится до окончательного распределения. Эти общие камеры называют «карантином». Они есть двух видов: для ранее судимых и «первоходов». В камерах-карантинах условия очень плохие, но такие же могут быть и в некоторых отдельных камерах после распределения.

- Очень иронично было назвать такую камеру «карантином». Там ведь, в принципе, можно «подхватить» что-угодно от простуды или паразитов до воспаления легких и туберкулёза.

Карантин, по большей мере, существует для того, чтобы посмотреть кто как себя проявит. В СИЗО и тюрьмах же ведутся определённые внутренние разработки. Людей в карантин постоянно добавляют. Иногда в камере, рассчитанной на 20 человек, может находиться около 40, а временами до 60. Среди них вполне может быть подсадной человек.

- Как долго ты был на карантине?

Около недели. Но за это время очень сильно заболел. И не я один. Фактически, там все переболели респираторными заболеваниями. Кроме того, там были больные с ВИЧ, СПИДом и гепатитом. Больных туберкулёзом, по идее, должны содержать отдельно. И обычно со свободы с туберкулёзом не приходят. Но иногда больных туберкулёзом (даже открытой формы, то есть когда окружающие могут заразиться) содержат в общих камерах. Единственное, что предпринимают, это выдают им хирургические маски.

В СИЗО есть больничные палаты. Условно говоря, это обычные камеры, но с одноэтажными кроватями. В них не помещают людей больше, чем количество мест. Но туда можно попасть либо за большие деньги, либо если жить осталось совсем недолго. А лечение, как такового, там не производят. Всё лечат просроченным анальгином или  активированным углём.

- Зелёнкой и перекисью…

Таких медикаментов там даже нет в наличии.

И на зубную боль, кстати, тоже лучше не жаловаться. Тюремные врачи умеют только вырывать зубы, а не лечить их.

Ещё в мед. части есть рентген для диагностики туберкулёза. Но рентген делают не всегда и не всем. Это отдельная история. Там постоянно возникают проблемы с плёнкой. Ведь мед.часть не получает финансирование от Министерства здравоохранения, как обычные больницы, а находится на собственном обеспечении.

- По какому принципу происходит распределение после карантина?

В зависимости от статьи. Оперативники знали, что у меня политическое дело. Видимо это сыграло свою роль в распределении. Потому, что меня к хулиганам не посадили. Сначала был с мошенниками — экономическими преступниками. Там сидели весьма интеллигентные и образованные люди (некоторые с двумя высшими образованиями) в стиле Остапа Бендера. Но, естественно, и на них тюрьма сказывается: жаргон, понятия.

После этого меня перевели в спец. блок. Там условия получше, конечно. Хотя особых поблажек не делали даже министру. (последние несколько месяцев Денис находился в камере с бывшим временно исполняющим обязанности министром обороны Украины - Иващенком В.В. - прим. ред.) Кроме того, Валерия Владимировича вообще лишили возможности видиться с семёй, оформив протокол несуствующего допроса, в котором родственники, якобы, отказались давать показания. А по закону, люди, каким-либо образом фигурирующие в деле, не могу видиться с заключённым. Ну и касательно состояния здоровья., помощи ему надлежащей, как и другим не оказывали.

Надо мной, этажом выше, сидел Луценко в камере на 3 человека, с ещё 2 ментами. Естественно, если дело резонансное или сидят какие-то VIP-заключённые, то камеры не перенаселяют. Обитателей спец. блоков, в принципе, изолируют от остальной тюрьмы, но не друг от друга. Нет же смысла министра обороны изолировать от министра МВД. Они между собой по понятиям разберутся!

Недавно расширили женский корпус. Назвали его «Юленька». И для Тимошенко уже «забронировали» камеру. Завезли туда холодильник и пальму)

- Знаю, что ты успел побывать в карцере. Какие там были условия? Чем кормили?

Разрешили взять с собой тёплую одежду. В карцере был деревянный, а не бетонный, как обычно, пол. Вроде бы мелочь, а приятно! Можно было спать. Нары опускали только на 6 часов в сутки. Трижды в день, на время включали воду. На прогулку не выводили. Кормили трижды в день баландой, что сложно назвать едой. Это жидкая субстанция из крупы (сечки). Не солёная и не сладкая. Присутствовало постоянное чувство голода. Ещё давали чай с сахаром, чтобы человек там совсем не окочурился.

- Чем занимался, на протяжении пяти месяцев, находясь под арестом. Помимо каких-то бытовых моментов (хотя тоже интересно). Какое было расписание? Была ли возможность читать?

Дни были одинаковые, в основном. Вставал, делал зарядку, готовил завтрак, стирал, убирал. Вообще, старался поддерживать чистоту в камере: каждый день протирал полы хлорным раствором. Иногда даже стены для профилактики туберкулёза и других болезней. Ничего позорного в уборке нет. Это же не для ментов, а для себя. Часто убирали по очереди или все вместе.

Ещё в большинстве камер есть телевизоры, они разрешены в качестве гуманитарной помощи тюрьме от заключенных, наверняка сидел кто-то, у кого была возможность занести такой подарок.. А остаються они на долго потому, что к собственности относяться с уважением. Никто не станет портить чужое имущество. Потому часто устраивали на этаже своеобразные “дискотеки”, одновременно включали какой-то попсовый музыкальный канал на полную громкость. Популярностью пользовались хиты типа “Ялта, я-я-я- Ялта”, клипы Lady Gaga и других фиф в трусах. Люди имеют свойство всячески приспосабливаться к новым условиям. Необходимость обостряет ум. Учился гладить вещи без утюга. Разработал целую систему глажки брюк под матрасом. Сначала их намачиваешь, потом вешаешь за прищепки на бельевые верёвки, после этого в полусухом состоянии максимально распрямляешь и укладываешь между листами бумаги под матрас. Аккуратно сворачиваешь матрас рулетом. На следующее утро брюки идеально прямые и сухие. И можно в приличном виде явиться в зал судебного заседания.

Один раз в день выводили на часовую прогулку. Ингда везло и попадал не в обычный, а в спортивный дворик. Там было намного приятней заниматься, потому, что в камере места для этого мало: всего 6 шагов, и форма у неё - буквой Г. Вообще, не многие туда стремятся. Но есть и спортивные ребята, ведущие здоровый образ жизни. Особо увлечённые спортом делают из баклажек гантели, наполняя их солью вместо води, чтобы утяжелить. Иногда связывают по две.

Ещё, как уже упоминал, тренировался, читал, рисовал, играл в шахматы. Я до этого знал какие-то правила, но толком не умел играть в шахматы, а Валерий Владимирович меня научил. Сначала только проигрывал, но потом у меня достаточно большой прогресс был в игре в шахматы, часто выигрывать стал. Нужно следить, чтоб развиваться там продолжать. Это, естественно, важно, чтобы психологическое здоровье, как и физическое сохранить. Тем более там, от нечего делать, приходилось телевизор смотреть, а я его до этого достаточно долгое время не смотрел, и обнаружил, что там сейчас еще больше рекламы стало, она больше половины эфирного времени занимает. Ну и вообще там мало чего стоящего показывают. Разве что новости с интересом смотрел на разных каналах, читал прессу.

Вообще, в Украине (как и в других постсоветских странах) пенитенциарная система устроена так, что человека посадить очень легко. И у нас сначала сажают, а потом человек сам должен доказать каким-то образом, что его содержат в тюрьме не справедливо. В Европе же скорее не посадят виновного, чем  посадят невиновного.

В последний день пребывания в Украине, почти перед самым отъездом, задали Денису ещё 1 вопрос: что больше всего запомнилось с того момента, как ты вышел на свободу?

Больше всего запомнился первый час, когда увидил солнце, деревья. И последний вечер перед отлётом: друзья устроили прощальную вечеринку со вкусной едой и подарками. Чувство было, что у меня День рождения.

 

Мы, коллектив Антифашистского Действия Украины, поздравляет нашего товарища с освобождёнием, которого мы все с нетерпением ждали! Благодарим всех, кто всячески помогал и проявлял солидарность. Это было очень важно и значимо.
Отдельно хотим сказать спасибо художникам и социальным активистам из проекта «Мобилизация», Галерее «РА», правозащитникам из Проекта «Без Кордонів» и «ХИАС», работникам Управления Верховного комиссара ООН по делам беженцев.

Стоящий материальчик, легкий в понимании.